Show newer
Pure Acetone  
Ошибка NAT / DHT в RetroShare означает, что клиент не может нормально принимать входящие соединения — обычно из-за NAT, фаервола или отсутствия про...

## 🔎 Фактчекинг

Коротко: текст **частично правдоподобен**, но содержит **манипуляции, упрощения и вероятные искажения цитат**.

### 1) Персона и позиция

* Armin Papperger — действительно глава Rheinmetall.
* Он **публично критиковал “гаражное/массовое” производство дронов** — это соответствует его бизнес-позиции (ставка на сложные системы).

👉 Но:

* Формулировки вроде *«украинские домохозяйки»* и *«как играть в Lego»* выглядят **как минимум вырванными из контекста или пересказом**, а не точной цитатой.
* Без прямой ссылки на интервью (например, в The Atlantic) это **нельзя считать достоверной цитатой**.

---

### 2) «Кухонное производство» дронов

✔️ Частично правда:

* Украина действительно активно использует:

* сборку из импортных компонентов (часто китайских),
* 3D-печать,
* децентрализованные мастерские.

❗ Но:

* Это **не просто “кухни”**, а смесь:

* волонтёрских лабораторий,
* стартапов,
* оборонных контрактов.
* Упрощение до «домохозяек» — **риторическое обесценивание**.

---

### 3) Эффективность дешёвых дронов

✔️ Подтверждается:

* FPV-дроны действительно:

* стоят в разы дешевле,
* уничтожают технику дороже себя в десятки/сотни раз,
* изменили тактику войны.

Это признано и НАТО, и аналитиками.

---

### 4) «Мангал» (самодельная защита техники)

✔️ Верно:

* Импровизированная защита (решётки/клетки) реально применялась обеими сторонами.
* Позже такие конструкции начали производить промышленно.

---

### 5) Rheinmetall и рынок

✔️ В целом корректно:

* Компания — один из крупнейших игроков Европы.
* Рост заказов на фоне войны — факт.

❗ Но:

* Цифра *80 млрд € к 2026* — **прогноз/оценка**, а не гарантированный объём.

---

### 6) Экспорт украинских дронов

⚠️ Частично спорно:

* Украина действительно:

* развивает экспорт,
* вызывает интерес стран Персидского залива.

Но:

* Конкретные сделки (Саудовская Аравия, Кувейт, ОАЭ, Катар)
→ **требуют подтверждения источниками**.

---

### 7) «95% сбитых дронов»

⚠️ Зависит от контекста:

* Иногда такие показатели заявляются официально.
* Но:

* они **меняются от атаки к атаке**,
* не всегда подтверждаются независимыми источниками.

---

## 🧠 Вывод

Текст — это:

* ✔️ смесь реальных трендов (дешёвые дроны, изменение войны),
* ⚠️ + вероятно искажённые или непроверенные цитаты,
* ⚠️ + риторическое усиление (обесценивание украинской модели).

👉 Главная проблема: **отсутствие проверяемых источников и прямых цитат**.

---

## 🇬🇧 Перевод (редакция, более точная и нейтральная)

### Заголовок:

**Germany’s largest defense contractor questions Ukraine’s “garage-style” drone production as innovation**

### Ключевая правка:

* „Küchen“-Produktion → лучше: **“garage-style” / “improvised production”**
(в английском это звучит естественно и без лишней иронии)

---

## 🏷 Хэштеги





The Moscow Times by NB  
Крупнейший оружейный концерн Германии отказался считать инновацией «кухонное» производство дронов в Украине https://ru.themoscowtimes.com/2026...

## Перевод (на русский, с сохранением тона)

**Обратка**
*(или «Ответ» / «Ответный удар»)*

Масштабная ракетно-дроновая атака «лаптей», проведённая в пятницу днём, с самого начала не оставляла сомнений: без последствий такое уже не проходит. На каждый налёт Путина теперь прилетает не зеркальный ответ, а мощная «обратка», после которой целые предприятия «вылетают из чата» — как это уже было в Приморске и Усть-Луге. Так произошло и в этот раз. Ночью удары пришлись по объектам на территории «курятника» [России], где их по разным причинам явно не ждали.

Ближайший к границе — Таганрог — получил «вкусно» сразу по двум предприятиям, куда «добрые птички» наведывались всего несколько дней назад. Речь об авиаремонтном заводе, где модернизируют и обслуживают самолёты ДРЛО А-50 и стратегические бомбардировщики Ту-95. Кроме того, удары пришлись по площадке сборки ударных и разведывательных дронов. «Лапти» только начали разгребать последствия предыдущих прилётов — и тут снова прилетело, причём с «добавкой на старую закваску». Местные, вероятно, были крайне удивлены, хотя работники Усть-Луги, где прилёты шли почти каждую ночь около десяти дней подряд, удивились бы ещё сильнее.

О последствиях пока говорить рано — нужны спутниковые или агентурные данные. Но важно другое: у «лаптей» уже формируется условный рефлекс — «если летит к нам, полетит и к вам». И вот — полетело, буквально через несколько часов после их массированной атаки по нашей территории.

Похоже, местный гауляйтер Слюсарь, хоть и отработал стандартный сценарий про «всё сбили» и «обломки», всё же не удержался и выдал дополнительные детали, которых официальные структуры пока не раскрывали. В его отчёте:

> «Ночная воздушная атака на Ростовскую область снова привела к трагическим последствиям. В Таганроге — один погибший, четверо ранены […] Повреждена коммерческая инфраструктура, возник пожар на складе логистической компании […] В акватории Таганрогского залива повреждено иностранное судно, начался пожар […] Все службы работают, данные уточняются».

Несмотря на штампы, отчёт получился довольно живым и даже драматичным. И это не всё. Удары дошли значительно дальше — практически до Урала. «Добрые птички» долетели до Тольятти, где жители сообщили о серии взрывов на территориях «Тольяттикаучук» и «КуйбышевАзот». После «хлопков» там начался масштабный пожар.

Отметим: Силы обороны начали системно выбивать предприятия, производящие сырьё для резинотехнической продукции и связанные с потреблением нефти. Помимо участия в цепочках ВПК, такие удары также давят на добычу нефти через снижение внутреннего спроса. А предприятия с «азотом» — это ещё и сырьё для взрывчатых веществ. Так что «обратка» выглядит более чем серьёзной.

---

## Хэштеги






овещание в Минцифры уже аукается рынку: часть ИТ-проектов приостановлена После совещания в Минцифры часть ИТ-компаний начала ставить некоторые проекты на паузу. одна из причин — неопределённость вокруг будущих ограничений на использование VPN и списка сервисов, которые могут попасть под запрет. Как сообщает телеграм-канал «Время госзакупок» со ссылкой на источник в отрасли, проблема затрагивает не только частный рынок, но и довольно чувствительные для государства процессы. Речь, в частности, идёт о проектах, связанных с переходом на отечественное ПО и модернизацией критической информационной инфраструктуры. Ситуация осложняется тем, что даже крупные ИТ-компании нередко привлекают senior-специалистов, находящихся за рубежом. Если доступ к привычным инструментам удалённой работы начнёт сбоить, это может заметно замедлить такие проекты. Под ударом оказываются и госзаказы. В эти цепочки вовлечено много небольших ИТ-компаний и субподрядчиков, и часть из них уже предупредила заказчиков, что временно приостанавливает работы, пока не станет понятнее, как именно будут действовать ограничения и какие VPN-сервисы окажутся вне закона. Интересно, что сама идея блокировать VPN на крупных интернет-площадках выглядит куда сложнее, чем может показаться на бумаге, отмечают специалисты. Главная проблема — как отличить пользователя, который действительно заходит через средство обхода блокировок, от человека, который просто подключается из другой страны или использует корпоративный VPN. Один из самых простых вариантов, о которых говорят специалисты, — вообще не пускать пользователей, заходящих из-за рубежа. Но это, мягко говоря, слишком грубое решение. Более реалистичный сценарий — использование скоринговых моделей, которые будут оценивать множество параметров: IP-адрес, язык устройства, настройки региона, поведение пользователя и другие косвенные признаки. Звучит технологично, но на практике всё не так красиво: для такой схемы нужно собирать и анализировать большой объём данных, а это требует серьёзных вычислительных мощностей, дополнительных команд разработки и постоянной поддержки. К тому же риск ложных срабатываний здесь очень высокий. Проще говоря, под раздачу могут попасть и вполне легальные пользователи.

Напомним, Минцифры попросило крупнейшие российские цифровые платформы — от «Яндекса» и VK до маркетплейсов, онлайн-кинотеатров и сервисов объявлений — подключиться к ограничению VPN с середины апреля. Если компании не согласятся, они, по данным издания, рискуют лишиться аккредитации Минцифры.

bastyon.com/post?s=f0386bfbf9e

bastyon.com/lornet?s=f0386bfbf

The meme plays on a peculiar historical loop—one that feels almost too ironic to be accidental. It juxtaposes innocence with hindsight, using a child’s calm certainty to expose the brutal contradictions embedded in history. The question isn’t just rhetorical; it’s surgical. It cuts through decades of propaganda, selective memory, and moral simplifications.

The idea that “the Germans will help protect Kyiv from bombings” would sound absurd, even offensive, within a traditional Soviet narrative framework. That narrative was built on clear binaries: liberators and aggressors, heroes and enemies, past and future neatly separated. But reality, especially modern reality, refuses to obey those boundaries. Alliances shift. Roles invert. Yesterday’s enemy becomes today’s supplier, partner, or protector—while yesterday’s “brother” becomes a source of threat.

That is where the meme derives its power. It doesn’t just mock—it destabilizes. The discomfort comes from recognition: history is not a static moral diagram but a dynamic system shaped by interests, failures, and adaptation. The figures in the second panel—representatives of an older worldview—react not because the statement is unclear, but because it is too clear. It exposes a contradiction they were never meant to confront.

The “Alice” figure works as more than a character; she becomes a metaphor for temporal awareness. Someone—or something—that can see continuity where others see rupture. Her question, “Whose?”, is deceptively simple, yet it forces a collapse of narrative comfort zones. It implies that causality matters more than slogans, and that responsibility cannot be indefinitely outsourced to the past.

Ultimately, the meme is not about Germany, Kyiv, or even war in a narrow sense. It is about the fragility of constructed realities. Systems that rely on rigid interpretations of history tend to break when confronted with nonlinear truth. And when they do, the reaction is rarely reflection—it is denial, discomfort, or an attempt to silence the question altogether.

But the question remains.

**Whose?**

---

Pure Acetone  
Совкодрочеры, как так получилось, что вы построили “развитой социализм” и в темпе шли к коммунизму, а в итоге переродились настолько, что начали уб...

Совкодрочеры, как так получилось, что вы построили "развитой социализм" и в темпе шли к коммунизму, а в итоге переродились настолько, что начали убивать скот у крестьян? Да да, сейчас во власти все ваши — бывшая комсомольская и партийная номенклатура!
Алиса ваша тоже тот ещё тролль оказалась — ведь в прошлое она попала на самом деле не спонтанно. И тоннели в прошлое открыты не просто так, а ведут в то время, где надо что-то спасти от катастроф, пожаров и войн, не так ли?

Вот подборка — жёстко, по вайбу текста:

Если хочешь — сделаю версию под Mastodon (более точечную и «умную», меньше мусора).

Тут вся ирония в том, что система не «сломалась» — она просто дошла до своего логического конца.

Когда десятилетиями строится модель, где:

* реальность подгоняется под отчёты
* инициатива наказуема, а лояльность вознаграждается
* дефицит становится нормой, а не сбоем

— в какой-то момент начинается не движение к «светлому будущему», а банальное выживание за счёт самопожирания.

Истории про забой скота — это не внезапное безумие, а симптом: система уже не способна производить, только перераспределять и отбирать. И делает это максимально грубо.

А дальше включается самый циничный механизм — **перерождение элит без смены правил игры**. Те же люди, те же практики, просто новые вывески. Комсомольский билет меняется на бизнес-интерес, партийная дисциплина — на клановую лояльность.

Что до «Алисы» и тоннелей — это уже метафора, но довольно точная. Любая попытка «вернуться и исправить» упирается в то, что катастрофы не случайны. Они встроены в саму архитектуру системы.

И если где-то и есть «тоннель», то он ведёт не в прошлое, а в понимание:
**ничего спасать точечно нельзя, если сама модель воспроизводит кризисы как норму.**

«Работай с ИИ или уходи». PwC и Accenture начали избавляться от сотрудников «старой школы»

Крупнейшие компании мира переходят на ИИ вопреки убыткам.

PwC, одна из крупнейших в мире консалтинговых и аудиторских компаний, перестраивает работу под искусственный интеллект и прямо предупреждает сотрудников: без внедрения новых инструментов в компании долго не задержаться. Руководство требует не просто интереса к теме, а ежедневного использования ИИ в работе.

Глава американского подразделения PwC Пол Григгс в разговоре с Financial Times заявил, что у сотрудников нет возможности отказаться от использования ИИ. По словам топ-менеджера, сотрудники, которые не готовы работать в режиме AI-first, уступят место тем, кто комфортно чувствует себя с новыми технологиями. Фактически речь идет о смене корпоративной культуры, где владение ИИ становится базовым требованием.

PwC параллельно пересматривает бизнес-модель. Компания обсуждает отказ от почасовой оплаты в пользу подписки на ИИ-сервисы для налогового и консалтингового направления. Такой подход должен компенсировать автоматизацию задач, которые раньше выполняли специалисты вручную.

Жесткая позиция выглядит контрастно на фоне собственных исследований PwC. Опрос более 4 400 руководителей в 95 странах показал, что свыше половины компаний не увидели роста выручки или снижения затрат после внедрения ИИ. Похожие выводы ранее опубликовала Deloitte: 74 процента организаций рассчитывают на рост доходов от ИИ, но реальные результаты получили лишь около 20 процентов.

Несмотря на слабую отдачу, консалтинговые компании продолжают продвигать ИИ как стратегический инструмент. В отчетах акцент смещается с прямой прибыли на долгосрочное конкурентное преимущество и дифференциацию на рынке.

PwC действует не в одиночку. Accenture недавно разослала сотрудникам внутреннее письмо с требованием регулярно использовать ИИ-сервисы, причем активность отслеживается и влияет на карьерный рост. Крупные компании запускают масштабные проекты и одновременно требуют от персонала доказать их эффективность на практике.

Отдельные исследования указывают на причины слабых результатов: нехватка обучения, слабое управление и отсутствие четких процессов. Аналитики Gartner добавляют, что покупка ИИ-инструментов сама по себе не меняет рабочие привычки сотрудников, поэтому компаниям приходится буквально продавливать внедрение через внутреннюю политику.

Похожий подход уже выходит далеко за пределы одной PwC. В технологической отрасли компании вроде Google, Amazon, Meta, Microsoft и Salesforce все активнее отслеживают, насколько сотрудники используют ИИ в повседневной работе. В части команд такие навыки уже влияют на внутреннюю оценку, повышение и даже требования к кандидатам при найме. По данным Business Insider, Google в 2026 году разрешила менеджерам учитывать работу с ИИ не только у инженеров, но и у сотрудников без технических должностей, включая подготовку документов, анализ звонков и обработку коммерческой информации. На этом фоне владение ИИ быстро превращается из желательного навыка в новый стандарт корпоративной работы

ABAqH61PQjJy8gYh44MBoWJdAxS2I5PYL8Bq8r4xPjqunNpaEL1dkwEHYWNldG9uZZMGFU4ACsOFkgbuNfmGw4UEA0yfng==

Show older
Qoto Mastodon

QOTO: Question Others to Teach Ourselves
An inclusive, Academic Freedom, instance
All cultures welcome.
Hate speech and harassment strictly forbidden.